Приход в Уганде

Мы несколько раз писали о состоянии дел в нашем Угандийском приходе. Теперь дадим слово бывалому блогеру-путешественнику, для которого новость о православной деревне в Уганде стала культурным шоком.

Красивый репортаж фотографа и путешественника Юрия Антонова, рассказывающего в своем блоге о неизведанных уголках планеты, человеческих историях и мире красоты, создаваемом миром воображения художника.

"Ещё одна, незнакомая мне ветвь Белой эмиграции", - подумал я, когда мой приятель Антон Апостол, проживший в Африке несколько лет, написал мне о старообрядцах, живущих в Уганде.
Нет, Антон уверяет, что всё намного интереснее - это коренные угандийцы, принявшие православие и пережившие свой раскол православной церкви.
Интервью с заповедником, расположенным на острове посреди озера Виктория, где волонтёры выхаживают детёнышей шимпанзе, сорвалось и у меня образовалось несколько свободных дней в Уганде.
Через знакомого Антона, заместителя директора Института Африки РАН Дмитрия Бондаренко, я вышел на отца Николу, который занимается угандийцами в Русской Старообрядческой Православной Церкви.

Несколько электронных писем и я еду на заднем сиденье старого мопеда, на шлеме водителя которого нарисован Муссолини, по пыльному шоссе, ведущему из Кампалы, столицы страны.
Несколько раз пытаюсь дозвониться до матушки Маргариты, но окружающий шум и, главное, бесконечные ямы, заставляющие сжимать со всех сил водителя за талию, мешают сделать это.
Город кончился и потянулись такие же пыльные, рассыпанные бусинами одноэтажных домов деревни. Мопед останавливается и из снующей во все стороны толпы меня выхватывает пожилая женщина. Темнокожая, с добрым, улыбающимся лицом и в таком родном русском платке. Матушка Маргарита.

Мы приветствуем друг друга и она приглашает проехать в церковь, которая находится в глубине деревни. Матушка ловит два мопеда и, оседлав один из них с ловкостью ковбоя из вестерна, просит моего водителя следовать за ней.
Через несколько минут мы стоим у железной калитки церкви. С улицы она ничем не отличается от соседних домов - глухая стена из кирпича, ворота с украшениями из наваренного железного прутка, гирлянды сушащегося белья.
Внутри - тихий дворик, ищущие зёрна куры, и одинокая могила, дремлющая в тени кирпичных стен небольшой церкви, напоминающей скорее протестантскую, а не православную.

Матушка открывает дверь небольшой комнаты, примостившейся у церкви и приглашает войти. Маргарита рассказывает мне о появлении русской церкви в Экваториальной Африке.
Православная церковь в Уганде берёт своё начало в 1919 году, когда несколько друзей решили рассылать письма по всему свету, чтобы найти для себя другую, отличную от связанной с расизмом католической, христианскую веру. Постепенно укреплялись контакты с греческой православной церковью, в стране начали появляться православные миссионеры. Материнской церковью для угандийцев стал Александрийский патриархат, однако уже в 1958 году была основана митрополия в Дар- Эс-Саламе, городе в Танзании, которая объединила православных верующих Кении, Танзании и Уганды.

В определённый момент в кругу верующих (по состоянию на 2003 год - около 200 тысяч человек) произошёл раскол и часть прихожан, ушедших из лона Александрийского патриархата, обратились к Русской Православной Старообрядческой Церкви. Возглавил это движение покойный супруг матушки Маргариты, отец Иоаким Киимба, чью могилу я видел у стены церкви.

Мы осматриваем с матушкой убранство церкви - знакомые по русским городам лики святых, оголовки свечей, в углу аккуратно сложены книги на английском и старославянском.
Матушка Маргарита извиняется - ей нужно спешить в госпиталь, где она работает врачом, но она будет рада видеть меня на воскресной службе.
Два дня спустя я снова еду по уже знакомому маршруту.
Ворота церкви открыты, постепенно собираются люди. Кто-то живёт в этой же деревне, кто-то приезжает из Кампалы - всего около 20 человек.
Верующие - женщины в платках, их мужья и дети - берут книги и, повторяя за хором, начинают петь. В интонациях их я едва улавливаю знакомые слова. Здесь, где за окнами вместо берёз и сосен высятся пальмы, всё это - и восковые свечи, и лики православных святых, и тонущий в лёгкой дымке алтарь - кажется невероятным. Но совершенно осязаемым.
После пары недель, в течение которых я видел совершенно разные формы окрашенного африканским колоритом ( здесь и песни с танцами и погружение в состояние транса) христианства в Уганде, русское старообрядчество всё ещё кажется чем-то невероятным.

После службы мы пьём чай, я рассказываю о России, дополняя слова фотографиями, о жизни той страны, религию которой эти люди осознанно выбрали. Особенное восхищение вызывают виды старинных русских городов с подбоченившимися избушками, золотом осенних улиц и, конечно, церковными маковками.
С отец Иоаким рассказывает о своей учёбе в Москве. Не на инженера или строителя кораблей - нет, на православного священника в стране, по телу которой на картах проходит пунктирная линия экватора.
Странная, разная Африка.

Источник - блог Юрия Антонова